[Amae]
equilibrium
У каждого человека как минимум раз в жизни появляется ощущение, что в какой-то момент он свернул "не туда".

Знаете, как называется тот самый сомнительный поворот, в конце которого суждено разбиться каждому второму? Он называется "выбор профессии".
"Выбирайте работу по душе, и вы не будете работать не единого дня в жизни" - гласит заезженная цитата, которую никто обычно не воспринимает всерьез. А зря.
Каждый из нас помнит, как начинали прессовать школьников в старших классах. Учителя твердили, что-де мы уже совсем взрослые и пора бы выбрать для себя склон или лыжню по душе. А что могли ответить мы? Мифическая "взрослая жизнь" казалась чем-то далеким и ирреальным, поэтому многие из нас сделали выбор словно монетку кинули. Кто-то, конечно, поступил сознательно. Кого-то заставили родители. Но все это не важно, ведь спустя пару-тройку лет многие студенты впервые задались вопросом: "Какого черта я тут делаю? Я должен проектировать лучшие в мире мосты, исследовать древние руины, получать золотые медали на олимпиадах, но вместо этого я изучаю экономику, которую искренне, от всей души, ненавижу".

В детстве я всем говорила, что стану археологом. И я действительно верила в это. Но как-то не сложилось. Методика преподавания истории в нашей школе с бОльшей долей вероятности могла привести тебя к открытому окну пятого этажа, чем ко влюбленности во все эти даты и факты. Уже много позже я поняла, что история может быть интересной, но изначальный запал угас. Об этом пункте я не жалею.
- Чем ты хочешь заниматься, Аня?- когда-то спросила меня мама.
Восьмилетняя Аня ответила, что хочет играть на скрипке.
- Может ты пойдешь в художественную школу?- спросила мама-архитектор. - У тебя определенно есть склонности.
В маленьком городе, где я жила тогда, играть на скрипке не учили. А на фортепиано у нас банально не было денег.
Аня вздохнула и пошла в художку, где за 4 года приобрела стойкую ненависть к натюрмортам, гуаши, преподавателю-истеричке, своим дипломам и совершенно бесполезной в жизни красной корочке.
- Светлана Ивановна, а мы будем рисовать людей?
- Да, на втором курсе.
Потом был третий курс, четвертый, и выпуск. Натурщики к нам так и не пришли. А самым значимым моим рисунком стала какая-то хреновая церковь, которая была отправлена на выставку в Польшу, так оттуда не вернувшись.
Девятый класс. Я получала оценки по химии за то, что рисовала плакаты на школьные тематические выставки (спасибо, Светлана Валентиновна, вы знали, что ваша химия мне вряд ли пригодится). Я продолжала рисовать какие-то сомнительные фигурки на задних страницах тетрадей, которые приводили в умиление мою маму и раздражали учителей. Склонности никуда не делись, а но запала не было. Меня привлекали люди, динамика и легкость. А за плечами был лишь груз извечных надкусанных восковых фруктов, сомнительные пейзажи и куча бесполезной информации о выдающихся мастерах прошедших веков.
Да ну нахуй, сказала я себе тогда. В один прекрасный день я выдрала все эти листы и сожгла их. Порывалась и сжечь рисунки из художественной школы, но мама забрала их себе. Сложила все мои кисти, краски и инструменты в небольшой ящик, который засунула подальше.

- Аня, кем ты хочешь стать в будущем?
А Ане было все равно. Я вообще не видела себя ни в одной из профессий.
- Аня, у меня есть друзья в Екатеринбурге, в архитектурном. Если хочешь, я свяжусь с ними,- мама не настаивала, но предлагала. Тогда мы впервые поругались.
Я кричала, что не умею рисовать. Мама твердила, что я умею. Я парировала, что умею рисовать не то. А всем детям известно, что "не умею" и "умею, но не то" - это фактически синонимы. Мама сдалась, я поступила на рекламу с целью сделать этот мир лучше.
Среди всех прочих предметов там был "Рисунок". И, уезжая, я забрала с собой этот чертов художественный ящик.
Как водится, на третьем курсе, после просмотра фильма 99F и ознакомления с понятием "дутое УТП", я дико возненавидела весь этот глянцевый рекламный мир. Но бросать было жалко, я доучилась, получив на руки еще одну бесполезную корку. Твердо зная, что в мир рекламы я и шагу не сделаю, в порядке компромисса отработала 9 месяцев в книжном магазине на условиях, в которых держать могла только дикая любовь к чтению.
Там же я начала писать тексты для сайтов. Копирайтинг был фактически профильным предметом и наименьшим из зол, которые сопровождали меня в стенах вуза. Я писала для Новосибирска, поскольку в Омске это дерьмо востребовано не было. Позже я переехала и вот уже почти три года (два из которых - официально) я тружусь на писательском поприще.
- Кем вы видите себя в будущем?- спросили меня на собеседовании.
- Владельцем SEO-агентства,- сказала я. Сказала потому, что это хотели слышать.
- Художником в чертовой компании Близзард,- хотелось сказать мне. Первой женщиной на Венере, примой-балериной, практикующим некромантом. В моей голове все эти вещи имели один процент вероятности. Нулевой.

Позже я совершенно случайно открыла для себя тамблер, а вместе с ним и диджитал-художницу, творящую под псевдонимом McGee. Я водила пальцем по монитору, повторяя контуры ее движений кистью и испытывала те самые чертовы три стадии. Восхищение. Зависть. Отчаяние.
Мой личный мазохизм заставлял возвращаться в ее тлог снова и снова. Я установила дрова на планшет (с которым у меня так и не вышло подружиться) и в порядке теста набросала персонажа из небезызвестного сериала про пришельца и синюю будку. Кинула набросок на ту же тумбу и благополучно о нем забыла.
Чтобы спустя пару месяцев совершенно случайно узнать, что этот недорисунок попал в финал конкурса BBC.
Он не был натюрмортом. Он не был пейзажем с церковью. И он понравился каким-то совершенно левым людям.
Я даже не знаю, какие слова подошли бы для описания моих эмоций. У меня был графический планшет. У меня был весь интернет с его огромным количеством туториалов, гайдов и пособий. И у меня было ощущение, что я горы свернуть могу, вот только возьму рычаг нужной длины. Я начала рисовать, медленно и нерегулярно, но все же начала. Пытаясь внушить себе, что я могу рисовать то, что хочу.
Окончательно меня накрыло осенью прошлого года. Под вдохновением одного сериала-который-нельзя-называть я с головой провалилась в пучину арт-фангерлинга, начав наконец делать то, чему меня никогда не учили: практиковаться в чертовой анатомии. Получалось хуево, моменты радости перемежались с моментами ненависти к себе, но я каждый раз заставляла себя опять брать перо. Я не верила в талант. Я верила в железную жопу, я верила, что после двадцати неверных линий появится двадцать первая - верная. Однажды, открыв личные сообщения на одном зарубежном ресурсе, я увидела письмо, которое начиналось с фразы: Hi, you great artist! Минуты три я улыбалась как умственно отсталая. А потом, кажется, заплакала.

Спустя N-лет в этом мире нашлось второе занятие, помимо компьютерных игр, за которым я могу полностью забыть о времени.
Я участвую в годовом традишинал-челлендже 1page - 1 day. Я наконец-то нашла в себе силы распаковать ящик, которые менял со мной города и квартиры. И каждая кисточка, каждый карандаш и кювета с акварелью словно знали, что их время еще придет. Они ждали и они дождались.
Да, этот путь будет долгим. Три, может даже пять лет, на протяжении которых я буду больно падать и опять подниматься. Но однажды я это сделаю - я сменю профессию.
Без злобных преподавателей и без чьих-то знакомых, которые могут принять меня "по блату".

Потому, что я, черт возьми, могу.

Никогда не поздно свернуть. Даже если нужный поворот вы проехали очень очень давно.

@музыка: Hozier - Take me to church